Историческая справка

В первом списке детских домов, которые Фонд взял под свою опеку, было 40 учреждений Москвы. Уже через год под его попечением находились 70 детских домов Москвы, Московской области и других регионов России.

Во время поездок с гуманитарной помощью в один из регионов страны руководители Фонда столкнулись с трагедией, масштабы которой невозможно было представить заранее. Крайняя нищета и голод довели детей до отчаяния. Стало очевидно, что силами одного Фонда справиться с этой бедой невозможно — требовалась помощь всей страны.

Тогда Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II лично обратился к людям с телевизионных экранов с призывом помочь детям-сиротам. Его голос был услышан. В Храм Христа Спасителя люди понесли продукты питания, одежду, лекарства, игрушки, школьные принадлежности и всё, чем могли поделиться. Тысячи людей откликнулись на этот призыв, и помощь начала поступать со всей страны.

Но Фонд заботился не только о том, чтобы дети были накормлены и обеспечены самым необходимым. Не менее важным считалось их духовное и нравственное развитие. Поэтому вместе с продуктами питания, оборудованием для учебных классов и игровых комнат в детские дома передавались книги. Благодаря Фонду для каждого подшефного учреждения была создана собственная библиотека. Ведь голод духовный может быть не менее тяжёлым, чем голод телесный, а книга способна стать для ребёнка источником надежды, знаний и веры в своё будущее.

Одним из самых значимых общественных проектов Фонда Примирения и Согласия стали Рождественские встречи, которые с первого года существования Фонда проводились по инициативе и при непосредственном участии Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II. Они стали уникальной площадкой для открытого диалога между Русской Православной Церковью, государственной властью, научным и культурным сообществом, общественными организациями и всеми, кто искренне переживал за судьбу России.

Особую ценность Рождественским встречам придавало то, что они становились местом живого общения людей, определявших интеллектуальную, духовную, культурную и общественную жизнь страны. По приглашению Святейшего Патриарха в них принимали участие Президент Российской Федерации, Председатели Правительства, руководители федеральных органов власти, выдающиеся учёные, лауреаты Нобелевской премии, академики Российской академии наук, народные артисты СССР и России, космонавты, дипломаты, представители традиционных религиозных конфессий, общественные деятели и руководители крупнейших организаций.

Впервые на «красной дорожке» проходили вместе и политики, и знаменитые деятели культуры, и выдающиеся учёные, в том числе лауреаты Нобелевской премии, общественные лидеры и космонавты, дипломаты и представители традиционных религий.

В то время это было беспрецедентным явлением. Рождественские встречи становились не просто торжественным событием, а символом единства общества, где людей объединяли не должности и статус, а общая ответственность за настоящее и будущее России.

Современники вспоминали особую атмосферу этих встреч — атмосферу искреннего человеческого единения, когда известные учёные, деятели культуры, представители власти и общественные лидеры общались не как носители должностей и статусов, а как соотечественники, разделяющие общие ценности и тревогу за будущее России.

Многие говорили о чувстве внутреннего очищения, надежды и возвращения веры в человека. В непростое для страны время такие встречи помогали людям вновь ощутить достоинство, взаимное уважение и ту нравственную опору, без которой невозможно созидательное развитие общества.

Многое удалось сделать Фонду Примирения и Согласия не только для укрепления внутреннего общественного согласия, но и для снижения напряжённости в непростых межгосударственных и межнациональных конфликтах того времени.

Одним из наиболее серьёзных испытаний для отношений между Россией и Республикой Беларусь стала ситуация, возникшая в 1997 году после ареста журналистов российского телеканала ОРТ — руководителя минского бюро Павла Шеремета, оператора Дмитрия Завадского и их коллег. То, что начиналось как уголовное дело, стремительно переросло в политический кризис между двумя братскими государствами.

Президент Российской Федерации Борис Ельцин потребовал немедленного освобождения журналистов. Давление осуществлялось уже на межгосударственном уровне. Российская сторона фактически поставила освобождение сотрудников ОРТ условием визита Президента Республики Беларусь Александра Лукашенко в Россию. Самолёту главы белорусского государства не был предоставлен воздушный коридор, визит был сорван. В прессе тех лет этот конфликт всё чаще называли беспрецедентным кризисом в отношениях двух союзных государств.

Однако подобное давление лишь усугубляло ситуацию. Александр Лукашенко не мог позволить себе уступить под внешним нажимом, поскольку это означало бы признание политического поражения. Конфликт продолжал стремительно нарастать. К его урегулированию подключались влиятельные политики, представители российского руководства, руководители ОРТ, в том числе Борис Березовский, использовавший не только свои политические и информационные возможности для поиска выхода из кризиса, но и пытался выкупить своих журналистов. Но все эти усилия не приносили желаемого результата.

Зная об особых доверительных отношениях с Президентом Республики Беларусь Александром Лукашенко, которого он неизменно называл своим другом, руководитель Фонда Примирения и Согласия Гульназ Ивановна Сотникова обратилась к Святейшему Патриарху Московскому и всея Руси Алексию II с просьбой помочь остановить стремительно нарастающий конфликт между двумя братскими государствами. Понимая, насколько опасной становится ситуация, Патриарх попросил Гульназ Ивановну Сотникову незамедлительно выехать в Минск и провести личную встречу с главой белорусского государства.

Во время этой встречи Гульназ Ивановна передала Александру Лукашенко личную просьбу Святейшего Патриарха Алексия II сделать всё возможное, чтобы остановить дальнейшее обострение конфликта и не допустить разрыва отношений между братскими народами. Для Президента Белоруссии это была не политическая просьба и не дипломатическое требование. Это было обращение человека, которого он глубоко уважал и которого считал своим другом.

Именно после этого обращения было принято решение об освобождении журналистов. Александр Лукашенко публично заявил, что к нему обратился Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II, и именно эта просьба стала основанием для принятого решения.

Так там, где не смогли принести результата политическое давление, демонстрация силы и жёсткие переговоры, решающими стали доверие, личный авторитет и нравственное слово. Этот эпизод стал одним из наиболее ярких примеров миротворческой деятельности Фонда Примирения и Согласия, сумевшего вместе со Святейшим Патриархом предотвратить дальнейшее развитие опасного межгосударственного конфликта.

Не менее опасной угрозой общественному согласию Фонд считал и развернувшуюся в те годы «войну компроматов». Политическая борьба всё чаще превращалась в публичную кампанию взаимной дискредитации. Ради достижения сиюминутных политических целей не щадили ни государственные институты, ни собственных соотечественников. В общественное пространство намеренно выносились обвинения, разоблачения и взаимные нападки, подрывавшие доверие людей не только к отдельным политикам, но и к самой государственности.

Президент Фонда Гульназ Ивановна Сотникова не раз говорила, что, пожалуй, никто не писал и не говорил о России хуже, чем сами русские в 90-е годы. В стремлении одержать политическую победу нередко забывали, какой ценой она достигается. Борьба за власть всё чаще превращалась в борьбу за уничтожение репутации друг друга, а вместе с этим разрушалось уважение к собственной стране, её истории и её людям.

Фонд Примирения и Согласия последовательно выступал против подобной практики. Его позиция заключалась в том, что политические разногласия не должны становиться причиной разрушения национального единства. Можно спорить, критиковать, иметь разные взгляды, но нельзя превращать борьбу мнений в войну против собственного государства и собственного народа. Именно поэтому Фонд призывал искать не поводы для взаимного уничтожения, а точки соприкосновения, способные сохранить общественное доверие и национальное достоинство.

Услышан был голос Святейшего Патриарха и его соратников и в разгоняемой в 90-е годы «войны с памятниками». Речь, казалось бы, шла о памятниках историческим деятелям, олицетворяющим в том числе и эпоху гонений на православную традицию. Да, в этой эпохе было много трагедий и несправедливости. Но историческая память страны и народа не может «перекраиваться» в угоду сиюминутной политической повестке.

Тревожный набат по поводу состояния российской системы образования и фатальных последствий для неё следования западными нарративам звучал с трибун Фонда неоднократно. И большая часть этих предостережений, к сожалению, сбылась. Однако, как и по другим направлениям, в сфере образования лидеры Фонда Примирения и Согласия не только говорил, но и делал! Было принято историческое решение о возрождении Классического пансиона МГУ имени М. В. Ломоносова— как современного воплощения знаменитого Благородного пансиона Московского университета, давшего России целую плеяду выдающихся государственных деятелей, дипломатов, поэтов, мыслителей и военачальников.

21 августа 1997 года состоялось учредительное собрание, на котором было провозглашено о создании Автономной некоммерческой организации “Классический пансион МГУ имени М. В. Ломоносова”. Учредителями выступили Московский государственный университет имени М. В. Ломоносова в лице ректора Виктора Антоновича Садовничего и Российский Благотворительный фонд Примирения и Согласия в лице Патриарха Алексия II. Президентом Пансиона была назначена Гульназ Ивановна Сотникова.

С первых дней пансион стал уникальной школой, ориентированной на воспитание будущей интеллектуальной, управленческой и культурной элиты страны.

Своеобразие Классического пансиона МГУ зиждется на прошедшем успешную проверку временем гармоничном сочетании российского образовательного наследия, традиционных культурных и образовательных ценностей с передовыми инновационными технологиями и педагогическими практиками. Здесь инновации не подменяют ценности, а служат им; традиции не сковывают развитие, а придают ему устойчивость и смысл.